Колдуны-разбойники

Сегодня известная песня «Жили двенадцать разбойников» воспринимается лишь как красивая легенда. Между тем у нее есть реальные и таинственные исторические корни, которые находятся в городе Лебедянь (расположен на севере Липецкой области). Там в старину «творили набеги» самые настоящие колдуны-разбойники, использовавшие при грабежах «чародейства», неизменно повергавшие современников в ужас и изумление.

Казалось бы, откуда взяться удивительному и загадочному, а уж тем более чернокнижию в тихой провинциальной Лебедяни? Ответ на этот вопрос можно найти, если обратиться к истории. Начать с того, что точной даты основания этого города до сего времени установить не удалось. Окутанный множеством неразгаданных тайн городок словно сам по себе вырос среди черноземных полей, чтобы, как воин, встать у той роковой черты, за которой начиналось Дикое поле, откуда в любой момент могли налететь «черные тучи» безжалостных орд.

Через этот уезд издавна пролегали оживленные торговые пути и одна из самых популярных среди беглого люда дорог на Дон, в казачью вольницу. Тогда на месте современной Лебедяни стояло небольшое земляное укрепление, а неподалеку от него, в густом Романцевском лесу, жил известный во всей рязанской земле пустынник Петр, почитавшийся в народе за свои христианские добродетели.
По преданиям, он наставлял на путь истинный разбойников и великих грешников. Причем столь велика была власть схимника над их душами, что стараниями раскаявшихся злодеев в 1353 году в лесной чащобе была построена церковь. А место то стало считаться «чудным», то есть чудотворным.

Князь-чернокнижник

Именно к Петру пришел один из очень богатых и знаменитых грешников, коим был, если верить преданиям, последний из великих смоленских князей Юрий Святославович, совершивший ряд тяжких злодеяний, в том числе убийство своей жены Юлиании Вяземской.

Страшась неминуемого возмездия и со всех сторон теснимый врагами, князь-убийца без оглядки бежал в Орду, где приобщился к волхвованиям восточных чародеев-чернокнижников. Однако там Юрий Святославович не нашел душевного успокоения и ласкового приюта: его держали на положении почетного пленника. Так уж устроен русский человек, что от одного греха он бежит, да об другой спотыкается!

Но, видно, был у смоленского князя ангел-заступник, вразумивший его: Юрий Святославович решил покаяться и спасти хотя бы душу. Князь вновь тайно бежал — теперь уже из Орды в скромную обитель пустынника Петра. Там князь Юрий принял иноческий чин (то есть постригся в монахи) и до самой смерти замаливал тяжелые грехи.

В Воскресенской и Никоновской летописях сказано, что он скончался после болезни в 14 день сентября 6915 года от сотворения мира (1408 год) и монахи «погребаша его с надгробными песнями».

Кудеяр-атаман

Ну а что же знаменитый герой известной песни — атаман разбойников Кудеяр? Какова его связь с Лебедянью, колдовством и грешным князем? По народным преданиям, именно в Лебедянском уезде в начале XVI века неизвестно откуда объявился лихой человек Кудеяр. Скрываясь в лесных дебрях, он случайно наткнулся на проклятых пустынником Петром темных полуденных бесов, изгнанных им из несчастного смоленского князя. Лукавые бесы стали прельщать разбойника. Поверив их посулам сделать его богатым и неуязвимым для врагов, Кудеяр собрал большую шайку самых отпетых негодяев и начал грабить всех подряд. Против его злых чар и козней не могла устоять никакая охрана купеческих караванов: разбойник внезапно появлялся, словно из-под земли, посреди обоза и играючи одолевал стражу. Людей охватывал необъяснимый ужас, они теряли способность сопротивляться.

Можно предположить, что Кудеяр владел приемами массового гипноза и умел, как говорили про колдунов, «отвести людям глаза», чтобы стать невидимкой.

Свою ставку Кудеяр устроил около села Владимирское, где поставил самую настоящую крепость с высоким деревянным тыном, широкими земляными валами и заполненным водой рвом. Там разбойники укрывались после набегов, бражничали, делили добычу, хранили награбленное добро и развлекались. Насчет красы-девицы, якобы выкраденной атаманом из-под Киева, предания умалчивают: скорее всего, это просто вымысел. Зато в том, что сам Кудеяр, — или какое-то иное реальное историческое лицо, занимавшееся колдовством и разбоями и получившее в народе прозвище Кудеяра, — существовал в действительности, нет никаких сомнений! В архивах хранятся докладные записки чиновников, которые по указанию из Санкт-Петербурга и с ведома губернатора неоднократно проводили ревизии в Тамбовской губернии. В середине XIX века они тщательно осмотрели расположенные неподалеку от села Владимирское остатки знаменитого городка разбойников. На момент проведения осмотра от него осталось: «два вала, один со рвом, от подошвы до вершины сажен трех, а другой без рва и малозаметен, оба длиною более ста сажен». Напомним: сажень составляла немногим более двух метров, поэтому размеры крепости разбойников весьма впечатляющи!

Неизвестно, сколь долго удавалось бы колдуну-разбойнику продолжать творить набеги, если бы он не «споткнулся» на разграблении казачьего обоза. Как известно, донцы получали от Московского государя жалование за службу деньгами, порохом, свинцом и хлебом. Большую часть жалованных товаров и денег сплавляли по Волге до реки Царица, где специально построили крепость и пристань для торговли с Доном. Впоследствии там вырос город Царицын, ныне Волгоград. Другая часть товаров отправлялась по суше. И вот один из таких обозов и решил разграбить лиходей-чернокнижник.

Трудно предположить, что колдун-разбойник не знал, с кем он имел дело. Скорее всего, лютый душегуб, уверовав в полную безнаказанность, понадеялся на свои чары и крепкие стены крепости. А казаки… Что они могли сделать разбойнику, вступившему в сделку с черными силами?

Но колдун просчитался. Донцы решили покончить с лиходеем, раз и навсегда отучив его посягать на чужие жизни и добро, тем более жалованное царем. Не мешкая, станичники собрали ватагу и, зная про черную магию разбойника, отслужили молебен Пресвятой Богородице, прося ее помощи в святом деле. Вскоре они пришли под крепостцу Кудеяра. Видно, Богородица услышала молитву казаков: никакие чары Кудеяру не помогли, и осада длилась недолго. Искушенные в военном деле станичники взяли укрепление штурмом, безжалостно вырубили саблями всех разбойников до единого и разрушили крепость. Тело вожака шайки пробили осиновым колом и бросили в костер.
Так что, вопреки песне, совесть у лютого колдуна-разбойника не пробудилась.

С именем Кудеяра в Лебедяни связаны неизвестно кем вырубленные в крепких скалах на берегу Дона таинственные подземные галереи. Они находятся примерно в 30 верстах от города и представляют собой пятиэтажный подземный лабиринт, состоящий из множества зигзагообразных тоннелей, где каждый этаж соединен с другими посредством вертикальных шахт-колодцев, пробитых в разных концах горизонтальных галерей. Интересно, что пол, стены и потолок уникального подземелья выложены из огромных, гладко отесанных каменных плит.

Вряд ли такое сооружение смогли построить разбойники из шайки Кудеяра — слишком велик, долог и тяжел был труд, а те, кто решается жить грабежом и разбоем, не слишком-то любят работать. Но тогда кто, когда и зачем построил эти уникальные подземные галереи?

Гадать можно сколько угодно. Любопытно, что на территории бывшего Лебедянского уезда есть еще два подобных загадочных подземных тайника — у деревни Ратмановой и у села Венюкова. Никаких кладов или спрятанных сокровищ в них никто никогда не находил.

Два друга-душегуба

В исторических документах XVII века постоянно повторяется один и тот же наказ московских властей воеводам: неустанно искать и ловить воров и разбойников, засевших в местных непроходимых лесах!
Во времена царствования Алексея Михайловича Романова, прозванного Тишайшим, особо досаждали властям и населению прятавшиеся в лесах на берегу реки Воронеж шайки разбойников, в которых верховодили два колдуна-душегуба: одного звали Тарас, а другого — Наян.

Тарас слыл чернокнижником и с помощью магии отводил от разбойников любую опасность, а Наян умел о ней заранее предупредить и никогда не ошибался, подсказывая приятелю, как лучше избежать прямого столкновения с превосходящими силами стрельцов. Тарас выслушивал Наяна и своими чарами превращал подвластных ему лихих людей в воронов. Потом можно было сколько угодно прочесывать леса, скакать по полям, устраивать хитрые засады, — все равно никого не поймаешь и не подстрелишь, а душегубы сидят на елках и, каркая, насмехаются над незадачливыми стрельцами в долгополых заляпанных грязью кафтанах. В другой раз колдун-разбойник заставлял посланных на его поимку служилых людей до упаду блуждать по густому лесу, ходить по нему кругами, вязнуть в торфяных гнилых топях и перелезать через жуткие буреломы, пока стрельцы совершенно не обезножили…

Но больше всего Тарас любил отправляться разбойничать по реке: спускался к воде, снимал свой широкий кафтан и расстилал его на речных волнах, словно на гладком сухом полу горницы. Садился на кафтан, как на плот, свистом вызывал ветер, и тот гнал его туда, куда хотел чернокнижник, — даже против течения без паруса и весел!

Видя такое чудо, жители прибрежных сел и деревень испытывали панический ужас, бросали в беспамятстве свои дома и пожитки, чем постоянно и пользовался колдун.

В некоторых селениях при приближении чернокнижника пробовали звонить в колокола, стреляли в разбойника-колдуна из ружей и даже из пушки, но Наян знал разные заговоры и прочел над Тарасом заклятия, чтобы пули и ядра не причиняли тому никакого вреда. Его не брали ни топор, ни нож, ни острая сабля. Не боялся лиходей даже икон, однако если люди выходили с ними на берег, разбойник-колдун не останавливался, а быстрее проплывал мимо этого селения и в следующий раз старался подобраться к нему незамеченным. Зато Наян ходил в набеги редко: он предпочитал охранять добычу и ворожить в своей большой усадьбе, стоявшей на холме недалеко от дома Тараса.

Наконец терпению народа и властей пришел конец. Нашелся молодой отважный приходской священник отец Трифон, решивший избавить селян от напасти. С молитвами он отлил в храме две большие серебряные пули, зарядил одной из них ружье и устроил тайную засаду около дома Наяна.
Осенив себя крестом, батюшка подстерег колдуна и, метко прицелившись, спустил курок — пуля пробила черное сердце, и разбойника не стало. Но он тут же превратился в ворона и хотел полететь известить Тараса об опасности. Однако отец Трифон успел брызнуть на него святой водой, и птица рассыпалась в прах!

Спустя несколько дней священник присоединился к очередной экспедиции, отправившейся в леса по приказу воеводы. Наян уже не мог предупредить Тараса, но тот сам почуял гибель и пустил в ход все свои чары. Впрочем, теперь все вышло по-другому. Впереди стрельцов, непрестанно читая молитвы, шел священник. В одной руке он держал крест, а в другой ружье, заряженное освященной в церкви серебряной пулей. С крестом и молитвой батюшка сумел подойти к колдуну-разбойнику на расстояние ружейного выстрела, и как тот ни старался своими злыми чарами напустить туману и заставить отца Трифона отступиться, священник уложил супостата наповал!

Потеряв атамана, и шайка полегла под пулями, саблями и бердышами. В память о тех давних событиях неподалеку от села Доброго остались два высоких кургана: по преданию, именно на них стояли усадьбы чернокнижников Тараса и Наяна. Но не стоит думать, что разбойники в Лебедянском уезде совершенно перевелись — в уезде здорово «шалили» вплоть до начала XIX века. Но вот колдунов-разбойников там больше уже никогда не было…

     
Владимир ВАЛЕНТИНОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *